Cashmere Dog

by
YANA NEFF

Not a Letter

Personal

Book Code

About

🌓

17. März 2021

Ben Franklin Love Story

Совершенно точно то, что я истекала чувствами, как бедная стреляная дичь истекает кровью там, где ее аккуратно изрешетило первой и последней пулей. Разница лишь в том, что я добровольно подставилась мальчику с белыми волосами и ружьем в правой руке. Увидела его, нарисовала на своем сердце мишень и крикнула ему в лицо: «Стреляй! Не будь трусом! Ведь я не боюсь!» Партия в шашки, но в поддавки, когда жертва почти умоляет, чтобы ее наконец поймали. Потому что приходит момент, когда бежать от чувств уже нет сил. Хочется упасть в чьи-то силки и отключиться в них утомленным засахаренным сном. До тех пор, пока охотник не поцелует твой израненный бок. Да так нежно, что кости будет скручивать от страха влюбиться в его тонкие губы. И ведь влюбилась, совершила прыжок веры. Не то что бы к нему, к самой себе скорее.

Разрешила себе усеять поцелуями его широкие обветренные ладони. Провести кончиками холодных пальцев от плеча до плеча, оставляя следом два миллиона мурашек на белоснежной коже. Слушала, какой симфонией шелестят его золотые волосы, пока дирижируешь в них чуть дрожащей пятернёй. Закрывала глаза, прижималась кошкой, молчала и слушала, как поездами по венам и артериям циркулирует кровь. Шшшшшиииииххххх… И тишина… Потом снова шшшшшиииииххххх… И он засыпает. Кажется, беги, спасайся, лети на свободу, дурочка. А он сквозь дрёму укрывает меня перьевым одеялом, прижимает мой раненный бок к своему целому и шепчет в ухо: «Останешься хотя бы до восьми?» Тут в голове щелкает и из раны сочится гноем – подстрелил, ранил, почти убил! А оставить не хочет.

Встаю, нет, вырываюсь из кисло-сладкой неги и ухожу. Ослепительно улыбаюсь скорректированными брекетами зубами, и напоследок ими же вырываю из его щеки кусок мяса. Оставляю, так сказать, свою зарубку, нещадно помечаю его своим свершившимся присутствием, немножко раню в отместку. Уже на безопасном от него расстоянии, продезинфицировав руки мылом и спиртом, изучаю свой огнестрел. Цветными нитками зашиваю дырочку от пули, легонько плачу от боли. Как заживет, набью на шраме tattoo и буду тебя вспоминать, когда на нее взгляну. Не часто. Совсем мельком и тайком. Ну так, чтобы иногда прокручивать в голове картинки из того фильма, где я любила тебя целых два часа своей жизни.